Стратегическое ненасилие

В последние десятилетия вопросы насилия, уничтожения собственности и тактик активного противостояния в целом обсуждались, скорее как вопросы разнообразия тактик, однако сейчас пришло время переопределить этот контекст. Разнообразие тактик становится простым способом уйти от решения вопросов стратегии и ответственности. Такой подход приводит к уходу от тяжёлой, но необходимой работы по донесению своих позиций и достижению внутри сообщества согласия в том, как следует действовать вместе. Этим словосочетанием, по сути, обозначается принцип «всё сойдёт», который не позволяет нашим движениям заставить кого бы то ни было нести ответственность за свои действия.

Ключевой принцип: Обостряйте ситуацию стратегически.

Более подходящим для достижения наших целей контекстом может стать принцип прямого стратегического ненасильственного действия. В соответствии с ним группы заключают чёткие соглашения об использовании тех или иных тактик в рамках кампании. Этот принцип является стратегическим: не давая моральной оценки применимости или неприменимости насилия вообще и не обязывая нас навсегда стать приверженками пацифизма в духе Махатмы Ганди, он гласит: «Вот так мы договорились действовать вместе в этот раз». Это активный, а не пассивный принцип. Он призван создать дилемму для оппоненток (see: PRINCIPLE: Поставьте свою цель перед дилеммой принятия решения, и подчеркнуть разницу между нашими и их ценностями.

Стратегическое ненасильственное прямое действие имеет мощные преимущества:

• Мы договариваемся о типах предпринимаемых действий и отвечаем друг перед другом за соблюдение этого договора. Заключение подобных договорённостей придаёт людям сил. Если я знаю, чего ждать от акции, я могу сделать выбор — участвовать в ней или нет. Мы не вынуждаем людей против своей воли принимать ответственность за действия, которых они не совершали и не поддерживают.

• В ходе достижения соглашений мы тщательно выслушиваем все не совпадающие точки зрения. Не избегая разногласий внутри группы, мы учимся свободной, страстной и в то же время уважительной манере дискуссии.

• Мы организуемся в открытую, без страха, так как мы отвечаем за свои действия. Мы можем нарушать закон во исполнение высшего закона — морального долга. Мы не ищем наказания намеренно и не признаём права системы на то, чтобы наказывать нас, но смело и гордо принимаем возможные последствия своих действий.

• Поскольку мы организуемся в открытую, мы можем приглашать новых членов в наши движения, за счёт чего они будут расти. Как только в массовом движении устанавливается культура слежки и недоверия, оно закрывается в самом себе и начинает «съёживаться».

• Хотя рамки ненасильственного прямого действия и не гарантируют нам «безопасности», они дают нам основу для чётких решений о том, путём каких конкретно действий мы будем подвергать себя риску. Тем не менее мы не можем контролировать действия полиции, которой вовсе не обязательно иметь повод в виде прямой провокации для атаки на нас.

• Подход стратегического ненасильственного прямого действия позволяет не поддаваться на любые провокации. Мы знаем, на что подписывались, и любо_й, кто призывает к другим методам, можно либо напомнить о соглашении, либо отказать в праве участвовать в движении.

Поле ненасильственной борьбы чрезвычайно широко, и способы организации и проведения акций весьма разнообразны. Кто-то может выбрать ненасильственное сопротивление строго в духе Ганди, другие — эмоциональное сопротивление. Однако для всех движений, которые руководствуются этим подходом, стратегическое прямое ненасильственное действие является плодотворной основой для наращивания своего внутреннего разнообразия и силы.

Впервые опубликовано в Beautiful Trouble.